"...В книгах живут думы прошедших времен..." (Карлейль Т.)

Так говорил солдат...



Фото В. Арсирия

...Так говорил мне солдат с обелиска -
воин советский,
ко мне близко-близко
бронзовый лик свой подвинув.
И я
в эту минуту увидел, друзья:
было лицо мне солдата знакомо
по фотографиям из альбома - 
бравым таким же казался мой дед
в свои предвоенные двадцать лет.
 
- Да, здесь, браток, идет война,
а где война, 
там смерть видна, - 
сказал он, бронзовой рукою
махнув туда,
где "Р-рота!.. К бою!"
"Поддай огня!",
"Вперед, братва!" - 
носились ярые слова,
где прочь от пламени шального
летели иволги,
и снова
солдаты падали в траву.
 
Наверно, все же наяву,
а не во сне я видел это,
и потому теперь "Победа!"
пишу я с буквы прописной:
она - Победа над бедой...
 
Долго мы рядом с солдатом стояли,
долго мы деда глазами искали.
На постаменте скорбели цветы...
- Может быть, дедушка мой -
это... ты? -
с этим вопросом к солдату-герою
я обратился.
- Ты знаешь, не скрою:
внука такого иметь я бы рад, -
так отвечал мне защитник-солдат, -
только лукавить с тобой мне негоже:
мы с твоим дедом судьбою похожи.
Вместе погибли мы с ним, мальчуган.
Видишь березки?
А рядом - курган...
То не курган был -
холм могильный,
белевший гривою ковыльной.
И у одной из трех берез
стоял мой дед.
Он будто врос в узор листвы.
И, мне казалось,
он говорил:
"Какая жалость,
что не могу, внучок ты мой,
вернуться к вам -
к себе домой!..
Когда пройдет пора лихая
и, майским маком полыхая,
мир зацветет - тогда, внучок,
поймешь и ты, что я не мог
никак иначе:
для Отчизны
не пожалел своей я жизни,
как и любой из тех солдат,
что под березами здесь спят.
Когда тебе придется туго,
в любом из нас найдешь ты друга.
И ты о нас не забывай,
ну, а пока - расти, мужай!
Да, вот еще что, мальчик мой,
ты крепко-накрепко усвой:
вам, пионерам, помнить надо,
что мы, советские солдаты,
на поле брани полегли
за мир, за счастье всей Земли.

Такие вот сказал слова
мой дедушка.
Ковыль-трава
между берез его укрыла,
а я печально и уныло
стоял,
в себя прийти не мог.
Ушами прядал стригунок -
хотел, наверно, знать и он:
то было явь
иль то был сон?

Как хочешь это понимай -
был месяц май.
Победный май.

 
Авт. не изв.
Перевел с лезгинского
Борис Пчелинцев

Ист. журнал "Пионер"
1980-е




Сергей ОРЛОВ

* * *
Его зарыли в шар земной,
А был он лишь солдат,
Всего, друзья, солдат простой,
Без званий и наград.
Ему как мавзолей земля -
На миллион веков,
И Млечные Пути пылят
Вокруг него с боков.
На рыжих скатах тучи спят,
Метелицы метут,
Грома тяжелые гремят,
Ветра разбег берут.
Давным-давно окончен бой...
Руками всех друзей
Положен парень в шар земной.
Как будто в мавзолей...

1944

 
 Давид САМОЙЛОВ

СОРОКОВЫЕ...

Сороковые, роковые,
Военные и фронтовые,
Где извещенья похоронные
И перестуки эшелонные.

Гудят накатанные рельсы.
Просторно. Холодно. Высоко.
И погорельцы, погорельцы
Кочуют с запада к востоку...

А это я на полустанке
В своей замурзанной ушанке,
Где звездочка не уставная,
А вырезанная из банки.

Да, это я на белом свете,
Худой, веселый и задорный.
И у меня табак в кисете,
И у меня мундштук наборный.

И я с девчонкой балагурю,
И больше нужного хромаю,
И пайку надвое ломаю,
И все на свете понимаю.

Как это было! Как совпало -
Война, беда, мечта и юность!
И это все в меня запало
И лишь потом во мне очнулось!..

Сороковые, роковые,
Свинцовые, пороховые...
Война гуляет по России,
А мы такие молодые!


Анна АХМАТОВА

МУЖЕСТВО

Мы знаем, чтО ныне лежит на весах
И чтО совершается ныне.
Час мужества пробил на наших часах,
И мужество нас не покинет.
Не страшно под пулями мертвыми лечь,
Не горько остаться без крова, -
И мы сохраним тебя, русская речь,
Великое русское слово.
Свободным и чистым тебя пронесем,
И внукам дадим, и от плена спасем
Навеки!

23 февраля 1942 года
 




* * *

На сельскую почту
приходят ребята.
Письмо заказное
найдет адресата.
В столицу доставят
его почтальоны.
Письмо прочитает
министр обороны.
Вновь списки просмотрят,
за записью запись...
И вот они:
имя,
фамилия,
адрес!
И станет в колонну
героев несметных
еще один воин -
посмертно, бессмертно.

* * *

Старушку с Урала
обнимут ребята.
Сведут ее к сыну,
к могиле солдата.
Туда, где над холмиком
имя героя -
для всех нас отныне
навек дорогое.
То светлое имя
цветами увито...
Никто не забыт,
и ничто не забыто!
ФЛАЖОК НАД КОРМОЙ

Кораблик, веселый кораблик,
красавец трехмачтовый мой,
твои паруса не ослабли,
и вьется флажок над кормой.

Я сам эти мачты поставил,
сумел паруса натянуть;
построил тебя и отправил
в далекий заманчивый путь.

Ты к морю дорогой речною
уплыл по крутой быстрине,
но ты не расстался со мною,
приснился мне ночью во сне.

Плывешь ты глухими лесами -
дубы тебе машут листвой,
плывешь под большими мостами -
гремят поезда над тобой.

Дивятся прибрежные села,
глядят тебе вслед города:
- Кораблик, кораблик веселый,
откуда плывешь и куда?

Земля позади остается,
не видно родимой земли.
Из волн поднимается солнце
и в волны уходит вдали.

Свирепая буря промчится,
но знаю - флажка не сорвет...
Как легкая белая птица,
плыви, мой отважный, вперед!

К далеким народам и странам
плыви, удивительный мой!
По всем пронеси океанам
весенний флажок над кормой.

Рис. С. Острова

 





__________________________________