"...В книгах живут думы прошедших времен..." (Карлейль Т.)

Енот-адъютант





Светлана Летт                                                                                                        Рисунок Л. Хачатряна

Енот-адъютант

Сказка

   Надумал Енот-полоскун адъютантом стать. У кого? Да у Мндведя, конечно. Почему, спросИте у Медведя? Боялся он косолапого, а значит, уважал, так считал Енот.
   Родственники посмеивались над ним:
   - Какой из тебя адъютант?
   На рост, видимо, намекали: мол, ростом не вышел, а туда же, на службу метит.
   - А что? - обижался Енот. - Я, может, еще долго расти буду, какие мои годы?
   И приподнимался на носки, тянулся вверх изо всех силенок.
   - Неладное ты затеял, Енот, - говорили ему. - У Медведя своя жизнь, у тебя - своя. Дел вон сколько всяких!
   - Но Енот возражал:
   - А вдруг косолапый когда-нибудь обидится на меня? Нет уж, пойду лучше к нему в адъютанты. Стану верой и правдой служить, тогда и от страха дрожать не буду.
   Медведь тоже удивился, выслушав сбивчивую речь Енота:
   - Зачем мне адьютант? Всю жизнь без этого, как его... - Он поцарапал лапой затылок, теряя в памяти трудное слово. - ...без адъютанта лесом правил. Раньше, когда молод был и крепок, и забот было больше. А сейчас какие у меня, у старика, заботы? Зимой в берлоге послаще выспаться, летом старые кости на солнце погреть.

   А у Енота одна мысль: вон какой Медведь большой, а он, Енот, маленький, маленьких обидеть легко. Раз-два - и обида, как яблоко на ветке, вызрела. Хочешь - жуй, хочешь - подальше спрячь, пусть все думают, что нет у тебя никакой обиды.
   - Вот пристал, как репей, - проворчал Медведь и, махнув лапой, пошел от Енота.
   А Енот следом бежит, уже адьютантом себя видит.
   Оглянулся Медведь, опять удивился:
   - Ты еще здесь?
   - А где же мне быть? - скромно опустил глаза Енот. - Верой и правдой служить тебе буду. А если служба моя понравится, в должности, может, повысишь, в друзья произведешь.
   - Верой и правдой, говоришь? - почесал Медведь затылок, задумался. - Другом, говоришь, станешь? Ну коли так...

   И стал служить Енот исправно, как полагается, преданно. Книгу завел, туда все грехи обитателей леса записывает, учет ведет, чтобы не сбиться ненароком, не забыть чего.
   Пришел к Ежу, вспомнил:
   - Ты, Еж, виноват перед нами: Медведь о твои колючки пятку наколол.
   - Так это когда было - три года назад, - удивился Еж. - Он про то и забыл вовсе.
   - Ничего не забыл, не забыл! - закричал Енот и записал в книгу Ежовую промашку.
   Еж только плечами пожал, глядя ему вслед: что с Енотом случилось?
   Где Ежу понять, что Енот верой и правдой службу свою вершит.

   Белку встретил, книгу открыл, очки со лба на нос сдвинул.
   - Ты, - говорит, - тоже перед нами виновата, как ни крути хвостом.
   - Что ты, Енотик! - рассыпала смешок Белка. - Я уж и не припомню вины своей. Не было ее, видать. У меня память хорошая.
   - А кто в Медведя шишкой запустил? - так и подпрыгнул от радости Енот. От радости, потому что его память крепче Белкиной оказалась.
   - Ну и что, Енотик? - снова засмеялась хохотушка-Белка, и пушистый ее нос мазнул Енота по носу. - Я ж промахнулась тогда.
   - Тогда промахнулась, в другой раз непременно попадешь, - уверенно предсказал ей меткость Енот и возмутился: Не щекочи мне нос хвостом, а то я чихать начну!
   - Чихни, чихни! - захлопала в ладоши Белка. - Я горчичники в лесной аптеке купила, быстро тебя вылечу, Енотик! Обожаю всех лечить.
   Енот еще больше рассердился, ногами затопал, книгу чуть не уронил.
   - Я горчичники, - закричал, - терпеть не могу! У меня от них температура поднимается!
   Книгу под мышку сунул и пошел прочь от насмешливой Белки.

   Устал Енот, нелегка адъютантская служба. Присел на пенек отдохнуть и видит: на цветке медуницы Бабочка-переливница пляшет. То на месте потопчется, то покружится, а то вдруг взлетит, сверкнув яркими крыльями. После трудной службы Еноту ее танец - в радость. Но тут взгляд Енота упал на книгу, которую он держал под мышкой.
   - Эй, Переливница! - сердито закричал Енот. - А ведь ты тоже перед нами, выходит, виноватая!
   Бабочка от недоумения прекратила свой грациозный танец, зависла над травой, уставилась на Енота большими выпуклыми глазами.
   - Чего глядишь? - заерзал на пне Енот. - Ветер крыльями сотворяла?
   Бабочка пошевелила усиками, улыбнулась.
   - Какой от меня ветер Медведю? Мне даже с самым маленьким вентилятором не тягаться...
   Но Енот ее не дослушал.
   - А зачем, - кричит, - переливаешься? Зачем свои переливы-разливы прямо в глаза пускаешь? Знаешь, что от лишних переливов ослепнуть можно?
   Бабочка вздохнула:
   - Я переливов своих не считала, не знаю, какие лишние. Это, видно, от солнца зависит: оно на чешуйках моих играет.

   Полистал Медведь книгу, спросил:
   - А чего ты, Енот, к Ежу придираешься?  Вы же с ним вроде тезки - на одну букву у вас имена начинаются.
   - Ничего подобного, - проворчал Енот. - В моем имени буква "е" красуется, а он "ё" себе прихватил. Думает, если с точками наверху, то и красивее.
   Медведь подумал, согласился: и в самом деле, чем "ё" лучше "е"?
   - А с Белкой чего не поладил? Вы же, кажется, друзьями были?
   - Она при каждой встрече обещает со всех сторон горчичниками меня обклеить. Я этого терпеть не могу.
   Хохотнул Медведь, представив Енота в горчичниках.
   - Ну а Бабочка, малость этакая, чем тебе не угодила? - поинтересовался.
   - Пляшет много, - пробурчал Енот. - В глазах от нее рябит-мельтешит.
   И так вышло, что за Медведя вроде душой болел-хлопотал Енот, а на деле оказалось, свои обиды скопил.

   Медведь на зимнюю спячку решил пораньше завалиться. Енот его за шерсть подергал:
   - Погоди! А когда же с обидчиками рассчитаемся?
   Медведь покружил у берлоги, подумал и предложил:
   - Давай делами весной займемся.
   Енот решил и зимой верой и правдой служить. Глаз не сомкнул, пока Медведь спал, паутину по углам обрывал, а пауков в коробку от кроссовок складывал и бормотал над ними:
   - Вот проснется Медведь, он со всеми обидчиками рассчитается. И вас не забудет, плетуны несчастные!
   Пауки молчали, лишь шелестели в коробке, тяжко вздыхали и изредка о чем-то шептались.
   Но Енот, как ни прислушивался к их шепоту, расслышать не сумел ни одного словечка и еще больше обиделся на пауков: могли бы и погромче шептаться.

   А проснулся Медведь, Енот сразу к нему:
   - Пойдем порядок наводить!
   - Погоди, - не понял Медведь, - какой такой порядок?
   Тут Енот и напомнил ему об их осеннем разговоре да еще и коробку с пауками подсунул, пожаловался на их тихий шепот. Медведь долго разглядывал Енота, заодно и коробку. А потом сказал:
   - Не знаю как ты, Енот, а я ведь все расслышал, о чем шепчутся пауки. А говорят они такие слова: "Зачем Медведю Енот-адъютант? Да он ему житья не даст со своими обидами. Изведет беднягу, некогда ему будет лесными делами заниматься..."
   - Так ведь верой и правдой... - чуть не заплакал Енот, вдруг понимая, что служба его на том и кончилась. 
 
___________________

 
назад



_________________________