"...В книгах живут думы прошедших времен..." (Карлейль Т.)

Лев ушел из дома (стр. 1)




Сказка
 

Юрий Яковлев

 

Рисунки Н. Муратова

 

Глава первая
 
   Майским праздничным утром по городу шел Лев. Он уверенно ставил перед собой тяжелые рыжие лапы, и костяные коготки постукивали пл асфальту. Маленькая львиная бородка была мокрая и на усах блестели капли - Лев только что попил из лужи. Большие темные глаза с нескрываемым любопытством смотрели по сторогам. Лев никогда не бродил по городу и поэтому улицы были для него в новинку.
   Всю жизнь Лев провел в зоологическом саду. Он сидел или лежал на деревянном настиле, а мимо шли люди. Теперь он как бы поменялся местами с людьми. Он шел, а люди застыли в бесчисленных окнах, словно случилось нечто из ряда вон выходящее. Но на самом-то деле ничего особенного не произошло - просто Лев вышел из зоологического сада и отправился по своим делам. Ему было невдомек, что для всех этих людей Лев в клетке и Лев, идущий по городу, - это два совершенно разных Льва.
   Он ударил себя хвостом по ребрам и свернул в переулок. На сером асфальте отпечатались крупные следы. 
   А в городе творилось нечто невообразимое. Толкая друг друга, бежали люди. Они спотыкались. вбегали в подъезды, прятались, закрывались на ключ. И всюду, подобно сигналу тревоги, звучали слова:
   - Лев вышел из клетки! Он идет по городу!
   Остановились троллейбусы и трамваи. Плотно захлопнулись двери метро. Кто не успел нырнуть в подъезд, залез на дерево.
   По радио передавалось чрезвычайное сообщение:
   - Сегодня, в семь часов пятнадцать минут по московскому времени. Лев вышел из клетки и сейчас разгуливает по городу. В последний раз его видели в районе парка культуры и отдыха. Пока ни один человек не съеден.
   Пока ни один человек не съеден! Но в следующее мгновение кто-то может очутиться в пасти Льва.
   Завыла сирена. Ударил колокол. В зеленоватой воде пруда вспыхнули и погасли  красные вспышки - это мимо пронеслись пожарные машины. Они мчались по пустому городу, а пожарные для бодрости пели марш:
 
Клубится дым,
Гудит огонь
Янтарный.
Как пионер,
Всегда готов пожарный.
Мальчишку может с крыши снять,
И дом сумеет отстоять
Пожарный.
Нас все зовут,
Когда случается беда:
- Пожалуйста,
пожарные,
пожалуйте
сюда!
 
   Колокол бил в такт песни. Шины разбрызгивали лужи, оставшиеся после ночного дождя. Пожарные спешили не на пожар, как полагается пожарным, а на бой со Львом. Потому что ни в одном городе нет специальной команды для борьбы со львами.
 
С любой бедой
Вступает в бой
Пожарный.
Пусть на с вободе 
Стая львов
Коварных.
Хоть нет у нас в руках ружья,
Но есть бесстрашная семья
Пожарных.
Нас все зовут,
Когда случается беда:
- Пожалуйста,
пожарные,
пожалуйте
сюда!
 
   Тем временем Лев миновал переулок и вышел к реке. Он встал на задние лапы, а передние положил на гранитный парапет. При этом он радостно вертел хвостом, как девочки вертят скакалочкой. Потом изогнул спину и решительно прыгнул в воду. Тяжелая волна ударила о берег. Лев поплыл по середине реки, энергично работая лапами. Когда вода попадала в нос, он громко фыркал и мотал головой. Грива намокла, прилипла к шее, и Лев уже не казался таким громадным. 
   Проезжавшая мимо пожарная команда не обратила внимания на плывущего Льва, приняв его за крупную собаку.
   По пустынной улице, всматриваясь в львиные следы, шел Свирепый Охотник. У него был нос в крапинку, большой, мясистый - всем носам нос! Под носом, как два колючих куста, росли усы, такие черные, словно хозяин густо смазывал их сапожной ваксой. Над глазами тоже росли кусты, только поменьше. Кусты шевелились. На человеке были высокие болотные сапоги, кожаная куртка в мелких трещинках и шляпа с петушиным пером. Поверх этого наряда висели: патронташ, ягдташ, медный рожок, нож в ножнах, набор свистулек, цепь - на случай, если поймает медведя, и, конечно, ружье.

  
  Говорят - это он сам говорит - что в молодости при одном его имени у львов тряслись лапы и грива вставала дыбом, а хищные тигры начинали униженно ползать на брюхе. Это были отличные времена. К сожалению, никто Свирепого Охотника, не помнил их. Теперь Свирепый  Охотник работал в зоологическом музее, где звери не бодаются, не кусаются, не лягаются, не царапаются, не бьют наповал лапой - и поэтому вполне безопасны. Единственным живым существом, с которым Свирепому Охотнику приходилось сражаться ежедневно, была музейная моль. Свирепый Охотник гонялся за молью и хлопал в ладоши. И эти хлопки заменяли ему ружейные выстрелы.
 
   Сегодня Свирепый Охотник шел по улице, наступая огромными болотными сапогами на львиные следы. При этом он втягивал воздух носом и безошибочно определял:
   - Пахнет львами!
   В конце концов он решил устроить засаду: ловко забрался на фонарный столб   и притаился. Курки его старого ружья были взведены. Он ждал и думал о том, как убьет Льва и его наградят медалью за спасение родного города. А из убитого зверя он сделает отличное  чучело.
   Одними губами он напевал песенку:
А я Охотник Свирепый,
Не ем моркови и репы,
Не пью ни чая, ни кваса,
А ем тигриное мясо.
 
Ружье мне сделали в Туле,
В патронах порох и пули.
А ну, выходите, тигры,
Со мною опасны игры!
 
Зовет меня в бой охота.
Могу свалить бегемота.
А ну, толстокожий, грозный,
Спасайся, пока не поздно! 


 
   А Лев плыл по Москва-реке, и пушинки тополиного пуха застревали в густой гриве и в усах. Над ним кружили чайки. Какая-то маленькая рыбешка ткнула его головой в живот и потом всю жизнь рассказывала, как она напала на Льва, и Лев уплыл от нее в ужасе.
   Но тут мы должны прерваться и рассказать, как Лев очутился в городе.
 

 
Глава вторая
 
   Раньше всех в зоологическом саду просыпался Петух. Он открывал свои янтарные глаза с черной ягодкой посередине и начинал изо всех сил бить себя крыльями по бокам. Его кисельно-красная бородка тряслась, синие перья хвоста рассыпались в стороны тонкими серпами. Никто не знает, куда Петух прячет свои часы и есть ли у его часов маятник и стрелки, только каждое утро в один и тот же час Петух пел побудку всему зоологическому саду:
Будильник надо завести,
А иногда в ремонт снести.
И если кончился завод,
Он не звенит и не зовет.
 
Мои часы всегда при мне,
Я вижу время и во сне.
И просыпаюсь раньше вас,
Чтоб объявить, который час.
 
   Сегодня первым открыл глаза Лев. Он потряс головой, выгнул спину, как огромный рыжий кот, и стал точить когти. 
   За ним пробудился жираф. Всю ночь его голова лежала на земле. Но теперь она стала подниматься ввысь, как воздушный шарик с двумя рожками и большими глазами.
   Бегемот поднялся на ноги, но от этого стал не намного выше, и никто бы не обратил на него внимания, если бы он не зевнул. Он открыл свой огромный розовый зев, и всем его соседям показалось, что он сейчас проглотит их. 
   Кенгуру тут же попятилась и лапой прикрыла маленького кенгуренка, который сидел в мешке и таращил черные глазки на бегемота. Бегемот никого не проглотил. Он просто зевнул, не прикрыв рот ладонью. Какую надо иметь ладонь, чтобы прикрыть такой рот?
   Зоологический сад пробуждался, при этом издавал множество разных звуков: сопел, рычал, подвывал, урчал, кудахтал, крякал, ржал, мычал и даже трубил. Словом, каждый обитатель на своем языке говорил: "С добрым утром!"
   А по дорожке шел Смотритель и каждому зверю отвечал на человеческом языке: "С добрым утром". 
   И все понимали друг друга.
   Смотритель был сухоньким седым старичком с жидкой бородкой, чем-то напоминающей козлиную. На голове у него росли редкие волосы, которые делали его похожим на одуванчик. В правой руке у него позвякивала большая связка ключей. На бирочках было написано: "Слон", "Антилопа", "Попугай", "Крокодил"...
   И тут Смотритель увидел двух танцующих обезьян.
   Смотритель любил порядок. Ое сердито спросил:
   - Что это значит?
   - Мы поступаем в цирковое училище, - ответили Первая Обезьяна, не переставая танцевать.
   - Мы готовимся к экзамену, - ответила Вторая Обезьяна, не переставая кувыркаться.
   - Очень большой конкурс. Десять обезьян на одно место, - сказала Первая Обезьяна, стоя на голове.
   - Приезжим предоставляется общежитие, - добавила Вторая Обезьяна, уцепившись хвостом за ветку.
   - Мы будем жить в об-ще-жи-тии, - танцуя, сказали обе Обезьяны.
   - А вы знаете, что такое об-ще-жи-тие? - спросил Смотритель и тут заметил, что он и сам пританцовывает.
   - Общежитие - это когда все звери живут в одной клетке! - хором сказали Обезьяны, и одна встала на голову другой.
   Где-то вдалеке снова пропел Петух. Смотритель достал часы, щелкнул крышкой и поморщился:
   - Ну вот, Петух отстал на полторы минуты. А я еще по нему часы проверяю. Пора на зарядку.
   Заиграла музыка. Звери выстроились на большой зеленой лужайке. По росту: первым - Жираф, последним - Тушканчик.
   - И... на-ча-ли! - скомандовал Смотритель, и все стали приседать.
   При этом они пели:
Бегемот тяжел и тучен,
Он к движеньям не приучен,
Но, зарядкой занимаясь,
Станет тонким он, как аист,
Раз-два - подтянись!
Три-четыре - наклонись!
 
   Приседали Обезьяны. Приседал Лев. За бортиком бассейна появлялась и пропадала голова Бегемота. Голова Жирафа то опускалась, то снова взлетала, как воздушный шарик с рожками.
   После приседания Смотритель объявил:
   - Делаем наклоны. Кончиком носа достанем до земли, не сгибая коленок. И... на-ча-ли!
   Теперь шея Жирафа опускалась и поднималась, как железнодорожный шлагбаум. Слон же стоял на месте и все упражнения проделывал хоботом. И тут послышался оглушительный храп. Музыка умолкла. Смотритель внимательно обвел глазами всех зверей.
   - Кто храпит? Кто уснул на зарядке?
   - Бегемот, - сказал Жираф, он сверху увидел, кто уснул. 
   - Какое безобразие! - сказал Смотритель, а звери принялись будить Бегемота. Кто-то толкал его, кто-то бодал, кто-то попробовал укусить, но сломал зуб.
   Наконец, Бегемот открыл глаза и зевнул.
   - Ты уснул на зарядке, - выговаривал ему Смотритель. - Ты хочешь окончательно ожиреть?
   - А мне все равно, - густым басом ответил Бегемот.
   - Сейчас же делай зарядку! Внимание, делаем прыжки. Следите за дыханием... Начали!
 
Обезьяны очень хилы,
Нет в руках могучей силы,
Но при помощи зарядки
Скоро будет все в порядке.
Раз-два - подтянись,
Три-четыре - наклонись!
 
   - Зарядка окончена! Приступайте к водным процедурам! - скомандовал Смотритель и пригладил рукой свой растрепавшийся одуванчик.
   Бегемот и Крокодил нырнули в воду. Слон набрал полный хобот воды и устроил душ. Лев проделывал водные процедуры языком. Петух выкупался в золе. Каждый умылся как мог.
   А Смотритель уже встречал гостей. И даже обратился к ним с речью:
 
В зоологическом саду
Играют зайцы в чехарду,
А ласточки-касатки
Весь день играют в прятки.
Как пассажирский пароход,
Плывет папаша-бегемот,
На папе бегемотик
Сидит, разинув ротик.
В зоологическом саду
Не попадете вы в беду,
А встретите здесь многих
Друзей четвероногих.
 
   - Пожалуйста, проходите в зоологический сад. Только помните: у нас строго запрещается гладить змей, дергать за хвост крокодила, наступать на лапы львам и отнимать мясо у тигров! Запомнили? А теперь добро пожаловать!


Глава третья
   
   Вы никогда не слышали, как поют львы? Вы, наверное, думаете, что львы поют рыча, а они поют тихо, почти про себя. Можно стоять рядом со львом и не услышать его песни, и только по львиным глазам  почувствуете - лев поет; в них загорается какой-то странный зеленый огонь. При этом лев опускает голову или слегка наклоняет ее набок. Все зависит от того, какую песню он поет. Грустную или веселую.
   У нашего Льва была своя любимая песня. И если бы ее удалось перевести со львиного языка на язык людей, она звучала бы так:
Тополь высокий рядом со мною,
Здесь я родился, здесь все родное.
 Улица рядом - тоже родная,
Песня мальчишки, голос трамвая.
Дождь длинноногий бродит по крышам,
Ветер осенний кажется рыжим...
 
   Именно эту песню пел Лев. А мимо нескончаемым потоком шли люди: большие, маленькие, кудрявые, лысые, девочки, мальчики, бабушки, военные, спортсмены, дедушки и даже прадедушки. Лев любил, когда проходили люди. За всю жизнь он не видел от людей ничего плохого, и ему даже в голову не приходило, что человек может ударить лапой или укусить. До Льва долетали обрывки человеческих разговоров, которые он за долгие годы общения с людьми научился понимать. Вероятно, если мимо нас ежедневно проходило бы несколько тысяч львов, мы тоже бы научились понимать львиный язык.



 
   И тут, среди шума голосов, тонкий слух Льва уловил звук знакомых шагов.
   "Это он! - Лев радостно замотал головой. -  Это Леша Кашин - мой лучший друг!"
   Перед клеткой появился мальчик в полосатой морской тельняшке и в длинных брюках с обтрепавшимися краями. Леша Кашин мечтал стать мореплавателем, а пока что он дружил со Львом.
   - Здравствуй, Лев! - сказал Леша.
   - Здравствуй, Леша Кашин, - отозвался Лев. - Ты исправил двойку по русскому письменному? 
   - Исправил.
   - А я волновался, - признался Лев, - мне всю жизнь снились большие и жирные двойки.
   - Я тебе что-то принес, - сказал Леша, он не очень-то любил говорить о двойках.
   - Бутерброд с колбасой? - попытался угадать Лев.
   - Нет!
   - Кусок мяса?
   Леша Кашин замотал головой.
   - Нет, Лев! Я принес тебе Африку.
   - Африку? Никогда не ел. Она  с капустой или с мясом?
   Леша усмехнулся и протянул Льву сверток бумаги, котороый до сих пор держал подмышкой. 
   - Вот она - Африка.
   Лев развернул бумагу - это оказалась картина. Яркая, красочная, аппетитная. Льву так понравилась картина, что он захотел лизнуть ее, но Леша Кашин вовремя остановил его. 
   - Осторожно! Это картина. Картины смотрят, а не лижут!
   - Прости! - вздохнул Лев. - Прости, я думал - это варенье.
   Леша внимательно посмотрел на Льва, покачал головой и сказал:
   - Африка - это далекая жаркая страна. В ней живут Львы.
   - Понимаю, - тут же смекнул Лев. - Африка - это такой жаркий зоологический сад.
   - Там нет клеток.
   - Большое неудобство, - воскликнул Лев. - Как же там живут львы? Спят прямо на дорожках? А посетители наступают им на лапы?
   - Там нет посетителей! Там зеленые саванны. Видишь густые заросли?
   - Вижу, вижу, - сказал Лев и принялся рассматривать Африку. - Вот стоит елка без веток, а вот зеленый ежик. 
   - Да нет же! - воскликнул Леша Кашин. - Это не елка, а пальма. А это кактус. Такое растение.
   - Вижу! Как они сюда попали? Из зооцентра?
   Леша отвернулся. Он обиделся на Льва. Почему Лев не верит ему? Разве можно не верить настоящему другу? 
   - Да нет же! Здесь их родина. Это твои родные братья.
   - Не знал, что у меня есть родственники за границей, - признался Лев. - Куда же они прячутся от снега? 
   - Там нет снега.
   - Не может быть, чтобы там не было снега! Ты что-то напутал. Как же африканские ребята катаются на санках и на лыжах?
   - Они не катаются.
   - Очень плохо. Оставить детей без снега!
   Леша покачал головой: что ты понимаешь!
   - В Африке круглый год светит солнце и можно бегать в трусах и купаться. Бананы и финики растут на каждом шагу - ешь, сколько влезет. Ты хотел бы побывать в Африке?
   - Не знаю, - признался Лев. - Может быть... На денек... Посмотреть... Сам-то ты давно был в Африке?
   - Я не был.
   - Откуда же ты все знаешь? Так красиво нарисовал. Может быть, ты придумал Африку?
   - Лев, друг мой, - сказал Леша. - Я узнал, где твои родные места, где живут твои братья. Если хочешь, я помогу тебе добраться в те края. В Африку. Мне будет жаль с тобой расставаться, но каждый, будь то человек, будь то лев, должен жить на своей родине. Разве я не прав?
   - Может быть, ты и прав, - задумчиво ответил Лев, - но я должен поразмыслить. Может быть, я и соберусь в Африку.
   - Мне пора! - сказал Леша. - Подумай! До свиданья.
   Леша ушел и снова появились две неразлучные Обезьяны. Они танцевали, кувыркались, и публика была очень довольна. Обезьяны проделывали смешные трюки и пели:
Обезьяны, обезьяны
Перестали есть бананы.
Днем и ночью обезьяны
Над тетрадками томятся.
Сколько будет шестью восемь?
Подскажите, мы вас просим,
Очень трудно обезьянам заниматься.
Мы трудиться не устанем,
Акробатами мы станем.
И под самый купол цирка
Мы попробуем забраться.
Наши родственники - люди -
Могут ездить на верблюде,
Но, как мы, они не могут кувыркаться.
 
   И долго еще продолжалось веселое выступление обезьян - будущих артистов цирка.


Глава четвертая
 
   В эту ночь Лев не мог уснуть.
   Правду ли сказал ему друг Леша Кашин или он придумал эту далекую Африку, где вечно светит солнце и братья-львы лежат под развесистой пальмой?
   Из-за этой Африки Лев потерял покой.
   Уже в городе погасли огни, и от этого звезды в небе стали ярче и крупнее. Лев захотел отвлечься от своих мыслей и стал рассматривать звездное небо. Он увидел множество знакомых животных, как бы нарисованных звездами. Вот прополз звездный Рак, его обогнали звездные Рыбы. В глубине неба зловеще поблескивал Скорпион. Увидел Лев Тельца и Козерога, Большую Медведицу с маленьким медвежонком. И, наконец, он увидел себя - Льва. Да, да, Лев смотрел в небо, как в огромное зеркало, и видел звездного Льва. Земной Лев тихо завыл, ожидая, что звездный двойник услышит его и откликнется. Но небо молчало.
   Зато неподалеку послышалась знакомая песенка. Ее пел старый Смотритель:
 
Не снимает петушок
На ночь красный гребешок.
Зебра в клетке зоосада
Спит в рубашке полосатой.
 
Кенгуру в большом мешке
Спит у мамы на брюшке.
Спит лохматый медвежонок,
Лапу он сосет спросонок.
 
Ночь шагает налегке
С фонарем большим в руке.
Звери спят, и спят их детки.
Исчезают ночью клетки.
 
Снятся детям корабли,
Снится дальний край земли.
Детям дома не сидится,
Взрослым людям детство снится...
 
   Вдалеке между деревьев сверкнул огонек фонаря. Смотритель шел не спеша, усталой походкой. На нем был теплый тулуп, потому что старикам ночью зябко. А голова без шапки плыла, как белый одуванчик. Вдалеке послышался жалобный голос.
   Смотритель поставил фонарь на землю и прислушался.
   - Это Лосенок, - сказал он, - у него болит нога.
   Жалобный голос повторился.
   - А может быть, это Рысенок?.. Да нет же, это Поросенок. Как я сразу не узнал.
   Смотритель подхватил фонарь и зашагал в сторону, откуда доносился голос.
   Некоторое время Лев ходил по клетке, потом он со скрипом отворил дверку и вышел на дорожку. Теперь он ходил по дорожке и сам себе говорил:
   - Никак не могу уснуть. Всегда так хорошо сплю. Без снотворного. А сегодня не спится. Ах, эта Африка, эта Африка. Почему раньше никто не рассказывал мне об Африке?
   Тут Лев услышал всплеск воды: это Бегемот во сне еревернулся на другой бок. А может быть, ему тоже не спалось. Лев тихо подошел к Бегемоту и спросил:
   - Ты спишь?
   - А чего мне спать? - отозвался Бегемот.
   - Послушай, Бегемот, ты когда-нибудь был в Африке?
   - Был, в детстве.
   - Расскажи об Африке.
   Бегемот помолчал, поворачался и начал рассказывать:
   - Африка - это такая река. С мягкой зеленой тиной... Я помню, моя мама плавала по зеленой воде, а я сидел у нее на спине и показывал язык крокодилам.
   - Рассказывай, рассказывай еще!
   - Больше я ничего не помню.
   - А папу ты помнишь? - спросил Лев.
   - Папу не помню... его съели крокодилы... на ужин.
   - Жалко твоего папу... Ну, а вспомни еще что-нибудь.
   - Что я еще могу вспомнить? В детстве у меня росли зубы и очень чесались десны. И мама пела мне песенку. Спеть?
   - Спой! Конечно, спой, только тихо.
   Бегемот долго откашливался, потом долго вспоминал слова, потом долго вспоминал мотив песни и, наконец, запел:
 
Бегемотик, мой малыш,
Почему ты все шалишь?
Черепаху сунул в рот,
Разве это бутерброд?
 
Бегемотик,  мой малыш,
Почему же ты не спишь?
Черепаха в животе
Ходит-бродит в темноте.
 
   Лев внимательно слушал песню Бегемота. Вдруг песня оборвалась и послышался густой храп. Бегемот уснул. Он всегда засыпал не вовремя.
   - Уснул... малыш, - сказал Лев. - Пойду к Жирафу.
   И, бесшумно ступая на мягкие кожаные подушечки лап, Лев отправился к Жирафу. В темноте он увидел четыре ноги. Голова же была где-то высоко, среди звезд.
   - Жираф, ты спишь? - спросил Лев.
   Как тебе сказать, - донеслось откуда-то сверху. - Голова моя живет на втором этаже, а ноги - на первом. Голова не спит...
   - Ты был в Африке?
   - Я родом из Африки. Я там учился ходить. У меня были очень слабые ноги, они все время подкашивались и я падал на коленки. Но потом ноги окрепли, шея вытянулась и, когда я шел по молодой роще, цветы касались моих губ и глаз. Африка - это множество цветов: желтых, лиловых, огненных, голубых, белых. И у каждого цветка - свой аромат. От запахов цветов и трав у меня кружилась голова. Я наклонялся и губами срывал нежные побеги.
   - А я никогда не был в Африке, хотя у меня там братья, - о вздохом сказал Лев.
   - Да, да, я знал твоих братьев. Они просыпались раньше всех и поднимали такой страшный рев, что саванны дрожали.
   - Очень невежливо шуметь, когда другие спят, - заметил Лев.
   - Что ты, это боагородно. Потому что, когда львы бодрствуют, лучше быть начеку... Спокойной ночи!
   - Спокойной ночи, - задумчиво ответил Лев.  - Множество цветов - лиловых, желтых, голубых... От запаха цветов и трав кружится голова...
   Лев шел по дорожке, и перед глазами у него возникали прекрасные цветы. Ему даже казалось, что он чувствует их тонкий аромат.
   Так он очутился у Кенгуру. 
   - Кенгуру, вы спите? - тихо спросил Лев.
   - Нет, я качаю ребенка. Он что-то съел и никак не может заснуть. У него болит животик.
   - Бедный мальчик, - сочувственно сказал Лев.
   - Вы что-то хотели спросить меня?
   - Да, я хотел спросить вас об Африке.
   - Никогда не была в этой стране. Я могу рассказать вам об Австралии. Сколько там кунгуру! Есть с кем поговорить, есть с кем попрыгать...
   - Но меня интересует Африка.
   - Ах, Африка! Говорят, там очень жарко и плохо с овощами.
   - Но зато там цветы!
   - Раве думаешь о цветах, когда у ребенка болит живот.
   Лев опустил голову и на цыпочках - на коготках - пошел прочь.При свете луны, между деревьями промелькнули две тени.
   - Если хочешь поступить в высшее учебное заведение, надо готовиться днем и ночью, - сказала Первая тень.
   - Днем и ночью, - откликнулась Вторая. - Ведь на одно место десять обезьян.
   Лев тихонько вошел в клетку и закрыл за собой дверь.
 
...Стоя спит, не лег в постель
Жура-жура-журавель.   
Воробей на ветке шаткой
Спит удобно, как в кроватке.
 
   Это пел Смотритель. Между деревьями качался белый одуванчик. Потом он исчез. И песня смолкла.
   - Спяь все звери на земле, - тихо сказал Лев. - Им хорошо! Их никуда не тянет. А я только закрою глаза - вижу Африку. Я вижу высокие травы, деревья с нежными побегами, цветы...
   Лев тяжело вздохнул. Положил большую голову на передние лапы и закрыл глаза.


Глава пятая
 
   

Ревут моторы. Летит самолет. В самолете, откинувшись на спинку кресла, сидит Лев. Нет, он не один. Рядом с ним - Леша Кашин, его неизменный друг. Оба они смотрят в круглое окошко. Оба ждут, когда под крылом самолета покажется Африка.
   Ревут моторы и поэтому приходится кричать, чтобы услышать друг друга.
   - Далеко до Африки! - кричит Лев.
   - Нет! - кричит Леша Кашин. - Всего две остановки. 
   - Трамвайных?
   - Самолетных.
   Под крылом разливается синяя краска - море. А потом на смену ей разливается желтая краска - песок. Леша кричит:
   - Смотри, Африка!
   И Лев откликается:
   - Вижу Африку!
   И самолет идет на снижение.
   Все это только снилось Льву. Потому что он лежал в своей клетке на деревянном полу, положив голову на передние лапы.
   Грохот моторов смолк, и самолет бесшумно покатился по мягкой зеленой траве. И Лев увидел своих знакомых. Все они почему-то были в белых трусах и белых майках. Смотритель стоял с ракеткой в руке. Продавщица мороженого с веслом, Свирепый Охотник с сачком, Милиционер - с копьем. Они были похожи на белые гипсовые статуи, которые обычно стоят в аллеях парков культуры и отдыха.
   - Леша, посмотри, как все загорели, как хорошо выглядят. Не нервничают. Не волнуются, - сказал Лев.
   - Как на курорте, - отозвался Леша. - Я же тебе говорил. Пошли искупаемся в Ниле.
   - Пошли! - согласился Лев.
   И они побежали, перепрыгивая через зеленые кочки.
 
В Африке красивые цветы,
Падают орехи с высоты.
Не хотите ль вместо мяса
Съесть кружочек ананаса...
 
   Навстречу друзьям попались знакомые обезьяны. Они были в белых халатах и через плечо у них висели белые ящики с мороженым. Из соседней рощи долетел  аромат цветов. Они свернули в рощу. Ветви сомкнулись над их головой, и раскаленные лучи солнца не могли пробиться сквозь зеленый шатер.
   - Где же Нил? - спросил Лев Лешу.
   - Где же Нил? - спросил Леша Льва.
   И вдруг ветки зашевелились, послышалась птичья трель, и из чащи на дорожку вышел Жираф. На голове у него была милицейская фуражка, а на шее на цепочке висел свисток. И то, что друзья приняли за птичью трель, была трель свистка с горошиной. 
   - Проходите, проходите, проходите. На охоту - направо, в метро - налево. Учтите, что метро здесь называют пещерой. На водопой - прямо. Строго воспрещается гладить змей, дергать за хвост крокодилов, наступать на лапы львам и отнимать мясо у тигров... И, пожалуйста, не обижайте людей. Среди них попадаются очень хорошие.
   Ветви расступились, и между стволами показалась зеленовато-синяя полоска воды.
   - Нил! - хором крикнули друзья и побежали.
   А на берегу, в шляпе с петушиным пером, сидел Бегемот. А на задних ногах у него почему-то были надеты высокие болотные сапоги.  Он сидел под развесистым хлебным деревом и пел:
 
А я Охотник Свирепый,
Не ем моркови и репы,
Не пью ни чая, ни кваса,
А ем тигровое мясо.
 
   - Здравствуй, Бегемот! - сказал Лев.
   - Здр-р-р! - лениво буркнул Лев.
   - Тебе не жарко? - спросилЛеша.
   - Мне все равно, - ответил Бегемот и втянул в себя воздух. - Пахнет львами, пахнет мальчишками!
   Лев и Леша пожали плечами и нырнули в воду. Они долго плавали в прохладной нильской воде. И Лев, работая под водой лапами, говорил:
   - Милицейский свисток звучит здесь как  трель певчей птицы. А метро называют чудно - пещерой. Интересно, как здесь называют Красную Пресню и Арбат? И где здесь Крымский мост через Нил? Спасибо, Леша, что ты открыл Африку.
   Леша плыл рядом и отвечал:
   - Это не я открыл Африку. Мы в школе ее проходили.
   - Нет, нет, ты открыл Африку... для меня.
   Горячее африканское солнце опускалось все ниже и наконец пропало в зеленой нильской воде.
   Лев и Леша шли по узкой тропинке, слушали, как весело звенят цикады и трещат древесные лягушки.
   - Уже стемнело. Пора спать, - сказал Леша.
   - Я спою очень тихую песню для зверей о людях. Хорошо? - спросил Лев.
   - Пой, согласился Леша.
   И Лев запел:
 
Спят все люди на земле,
На морозе и в тепле.
Спят в полете, спят в палатке.
Дети крепко спят в кроватке.
            Баю-бай. Баю-бай.
Отработав целый день,
Отступило солнце в тень.
Только круглая лунища
Золотое катит днище.
            Баю-бай. Баю-бай.
Накормили люди львят.
Уложили спать слонят.
Принесли соломки ламе,
А теперь уснули сами.
            Баю-бай. Баю-бай.
Пусть же будет мир везде:
В каждом доме и гнезде.
Пусть земля живет в согласье.
Я желаю людям счастья.
            Баю-бай. Баю-бай.
 
   И Африка погрузилась в сон.
 
 
<<<                      >>>



Автор - Юрий Яковлевич Яковлев (Ховкин) (1922 — 1995) — советский писатель и сценарист, автор книг для подростков и юношества. Автор сценариев игровых и мультипликационных фильмов. Окончил Литературный институт им. М.Горького (1952). Журналист. Призван на военную службу в ноябре 1940 года.  Участвовал в обороне Москвы, ранен. Потерял мать в блокадном Ленинграде. «Сотрудничал в газетах и журналах и ездил по стране. Был на строительстве Волго-Донского канала и Сталинградской ГЭС, в колхозах Винницкой области и у нефтяников Баку, участвовал в учениях Прикарпатского военного округа и шёл на торпедном катере по пути дерзкого десанта Цезаря Куникова; стоял ночную смену в цехах Уралмаша и пробирался плавнями Дуная с рыбаками, возвращался к руинам Брестской крепости и изучал жизнь учителей Рязанской области, встречал в море флотилию „Слава“ и бывал на погранзаставах Белоруссии» (из автобиографии).


Иллюстрации Муратова Николая Евгеньевича (1908 - 1992)— русский, советский художник.В 1931г. окончил Ленинградский художественно-промышленный техникум.  Публиковался в журналах как художник-сатирик.  С 1938 года член Союза художников СССР. В 1939 году стал одним из основателей творческого объединения «Боевой карандаш», сыгравшего значительную роль в годы Великой Отечественной войны. Плакаты, созданные Муратовым и его товарищами, представляют собой уникальное явление советского искусства.В послевоенные годы создал настоящие шедевры сатирического рисунка, обратившись к произведениям М. Салтыкова-Щедрина.Ярко проявил Николай Евгеньевич себя и в другом жанре искусства – фарфоровой миниатюрной скульптуре. В разные годы выполнял заказы Государственного фарфорового завода.  Николай Евгеньевич создал целые серии миниатюрных зверушек и птиц, выпущенных Ленинградским фарфоровым заводом.

(Информация из и-нета)


______________________________
 
%